Почему закрывают школы и что из этого получится? Информация к размышлению на опыте США

«У меня есть мечта…» — я всегда, как стихи, мысленно прогоняю в мыслях и душе слова (не из речи, а из гимна-молитвы) доктора Мартина Лютера Кинга. И как много поводов для таких моментов дает мне сегодняшняя действительность…

В 1985 году после десятилетий борьбы за равноправие и десегрегацию американских школ, правительство страны отменило раздельное обучение обязаловкой совместного обучения. Легко издать указ на бумаге и перестроить законодательство на «фас» нарушителей закона. А чернокожие родители еще долго сопровождали своих детей в школы, сидели на уроках в качестве наблюдателей, встречали, конвоировали школьные автобусы. Было дело под Полтавой. Было, что в классах как мелом по полу провели: черная половина и белая половина. Хорошо, что парты у нас одиночные, а то бы и так же парами одного цвета рассаживались. Но победил господин закон: школьная сегрегация ушла в прошлое.

Зато никуда не делась социальная сегрегация. Как и в России, есть школы, и есть школы, хоть обзови ее лицеем, гимназией или еще как. Богатенькие хотят для своих детей школу, где они с детьми плебса презренного не пересекались бы, где обучение покачественней, условия получше. Никуда от этого не деться. А поскольку обучение в США идет строго по микрорайону жительства ученика, остается или частная школа или переезд в благополучный район, где дома меньше чем за миллион не купить. Вот там и школа подходящая. И если там цветные дети и появятся, то это уже другого цвета дети, цвета зеленого доллара.

Пусть не такой методой, но точно так же выглядит социальная сегрегация на постсоветском пространстве. (Вот сейчас как яичко ко Христову дню преподнесли СМИ благую весть, что открыта спецшкола-академия для девочек — дочурок военной элиты. Смольный такой институтик. Нового ничего не изобрели — я сама такую школу кончала в Одессе, и называлась она ESBS номер 2, но была она задумана для сирот или полусирот участников войны, а не для военной элиты). Проблема, которая сегодня возникла в США, неизбежно коснется и России — доступные бесплатные школы будут закрываться. .

И Канзас — первая ласточка-зачинщица. Штат Миссури — черный-пречерный. Социальные ножницы тут особенно заметны. Публичные школы довольно приличные. Бюджет неплохой. (Да и на десегрегацию в свое время было выделено и освоено 2 миллиарда). И вот сегодня в Канзасе закроют 26 школ! (Наши школы — не ваши школы. Это 50 тысяч учеников на 26 школ приходится!). Для страны такое событие — это ЧП и социальный шок — закрыть школу! Это же как сжечь книги, как разрушить Храм!

Но вот разрушили. И устроили для 50 тысяч семей школьников вырванные годы. Кто не знает, скажу: наши школьники пешком в школы не ходят — для этого школьные автобусы. А если кто не в автобусе из малолеток, то не имеет права без сопровождения взрослого, а кто уже может без конвоя, то для них задействована целая армия дорожной полиции: в радиусе четырех кварталов по всем четырем векторам от школы на каждом углу стоит по регулировщице-квочке в оранжевых курточках-фуражечках и в белых перчаточках. Если ребенок ступил на мостовую, квочка лично переводит его через дорогу. И так дважды в день!

Теперь подсчитаем: город потерял свыше 3000 учительских рабочих мест, сотни позиций секьюрити, поваров, официантов, уборщиков, дворников, садовников, тренеров, истопников… Многие родители школьников потеряют свои рабочие места из-за необходимости самостоятельно отвозить своих чад в школы и обратно. Многие бизнесы потеряют своих заказчиков в лице учебных заведений. В общем, цепная реакция домино. Мамай прошелся по Канзасу и явно нацелился на другие города и веси славных Соединенных Штатов.

А теперь зрим в корень: так ли уж хорошо социальное равенство, как его малюют? Так ли уж хороша была мечта убиенного Мартина Лютера Кинга? Нужно ли было десегрегироваться, или все же оставить пространство выбора для нежелающих совместного обучения? Радость от победы за отмену табличек «только для белых» быстро поувяла — не очень-то хотели дети из автосегрегированных черных общин учиться совместно с белыми и у белых преподавателей. Ну не любят они нашего брата! Ну не комфортно черному ребенку в белом классе, где он самый тупенький и бедненький! А самоидентифицироваться приходится. Чем? Антисоциальным поведением, вызывающими поступками, бандитизмом (да, школьные банды — обычное дело в черной среде!). Цветные преподаватели также не подняли уровня комфортности, зато снизили уровень успеваемости.

Что же делать не цветным? Бежать без оглядки! Они и побежали в богатые белые районы с нормальными публичными школами, или из последних деньжонок раскошелились на частные школы. (Оглянитесь, не происходит ли этого сейчас у вас за углом? Все ли школы равные или есть более равные, чем другие?). Что делать муниципалитету? Заманивать обратно, конечно. А чем? Шикарными школьными бассейнами, спортзалами, персональными компьютерами, всякими роскошествами… Вбухивание денег в муниципальные школы результата не возымело. Обассейненные школы остались полу-укомплектованными и с контингентом цвета Африки. А городское управление школ — с дыркой в бюджете и угрозой банкротства к следующему учебному году.

И вот результат: 26 школ вольют в существующие 58 школ города. Белые, которые остались еще в школах города, побегут дальше и быстрее. (Вопрос в ОВИРе: а тем евреям, которые остались, льготы будут?) И придем мы назад в пампасы: в сегрегированное обучение. И произойдет это в самой демократической стране, руководимой цветным Президентом, дай ему бог здоровья.

Произойдет натуральная, вызванная простыми и понятными причинами, естественная автосегрегация, отвечающая интересам обеих социально-этнических групп. И как бы политкорректировщики не корячились в своих либерально-демократических судорогах, здесь сработает социально-экономическая данность. Так стоило ли копья ломать и мечты строить? А что Канзас? По всей стране ситуация одинаковая. Страшно бывает только в первый раз, как говорила девственница. Теперь пойдет и покатит.

К чему я это написала для российских и иных читателей? Расовых прелестей жизни вы, вроде, пока лишены (хотя с наплывом из азиатских республик мигрантов их никто не стерилизовал), но вот ножницы в социальном расслоении общества на постсоветском пространстве куда более зримые: взгляните на результаты подсчета богатеньких в мире по Forbes. То, что их дети не учатся и не будут учиться с детьми моих читателей, ни для кого не вопрос. Возьмите свой город, поселок: что, есть школы и школы? Возьмите ставшие платными спортивные школы: все ли могут себе позволить растить детей спортивными, а следовательно более здоровыми? (И то, как наваляли России на Олимпиаде — не результат ли недоступности обычным детям роскоши физкультуры и спорта? Не в воровстве же чиновников все дело, и не чиновники рекорды ставят…)

Так что грядет образовательный апартеид — манящий и когда-то запретный плод интеграции постсоветского пространства в западную модель общества. И это не есть ни хорошо, ни плохо. Это есть натюрлих. Но только не в России. Это — плата за право быть богатым и очень богатым (и за это ничего не будет!) и за честь быть очень бедным, но честным. Причем, это не тот случай когда платят исключительно взрослые — платят и дети. Они-то, глупенькие, ранимей и наивней: то, что осетрина бывает только первой свежести, а они вынуждены сидеть на ржавой селедке третьей свежести, они сообразят быстро. И то, что они получают второсортное образование за то, что родители не умеют воровать по-крупному, они вычислят как дважды два.

Мы-то — взрослые, все понимаем, но вот что мы им скажем? Приятных размышлений.




Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки: